Контекст. В апреле 2026 года международное внимание было приковано к ближневосточному конфликту между США и Ираном. После нескольких недель военной эскалации, включавшей ракетные удары по израильским городам и американским базам, а также ответные авиаудары США по иранским ядерным объектам, было объявлено о временном перемирии. Однако оценки этого перемирия кардинально разошлись: администрация Трампа объявила о своей победе, тогда как иранская сторона и многие независимые эксперты заговорили о вынужденном характере компромисса и провале американских целей.
Проблема. В экспертном дискурсе сформировались как минимум три противоречащие друг другу позиции: (1) Трамп достиг своих целей, заставив Иран разблокировать Ормузский пролив; (2) США потерпели стратегическое поражение, не добившись смены режима; (3) конфликт не имеет победителя, а перемирие — лишь отсрочка перед новой эскалацией.
Ключевой тезис. Конфликт США и Ирана продемонстрировал пределы технологической и военной мощи, когда на другой стороне оказывается общество, готовое к самопожертвованию ради защиты своей земли и идентичности. Вынужденный компромисс — не победа, а признание просчётов на всех уровнях: от разведки до учёта культурных факторов.
Комментарий заведующего кафедрой сравнительной политологии факультета политологии МГУ, ведущего научного сотрудника Института США и Канады имени Г.А. Арбатова, доктора политических наук Артура Леоновича Демчука об актуальных событиях на Ближнем Востоке и международной политической повестки
Вместо победы — вынужденный компромисс
Объявленное перемирие между США и Ираном вызвало неоднозначную реакцию в экспертном сообществе. Такер Карлсон усомнился в победе Вашингтона, иранские журналисты указывают на неудачу попытки смены власти в Исламской Республике, а тунисский военный эксперт Абдельхамид Макфи прямо заявил: американцы провалились в войне с Ираном и пошли на вынужденное перемирие. Как оценить итоги этого противостояния? Разбираемся в комментарии профессора МГУ Артура Демчука.
«Здесь могут быть разные критерии оценки: победа, поражение, достижение целей. Если брать ситуацию в целом, то Трамп не достиг своих целей»,
— констатирует эксперт.
Просчёты военной разведки и политического анализа
Изначальный расчёт США, по словам Демчука, строился на обезглавливании иранского руководства. Предполагалось, что это спровоцирует внутренние волнения, смену режима или, как минимум, приход к власти более умеренных фигур, готовых пойти на уступки Вашингтону: внешний контроль над ядерной программой, прекращение антиизраильской риторики и поддержки движений типа «Хезболла».
Однако реальность оказалась иной. Американские военные базы на Ближнем Востоке получили серьёзный урон, а Иран не только не дрогнул, но и продемонстрировал способность к длительному сопротивлению.
«Были просчёты военного характера и просчёты политического характера. Никаких внутренних волнений, тем более попытки революции, не произошло. Наоборот, общество сплотилось, воспринимает эту агрессию как внешнее нападение, как унижение древнего иранского народа»,
— подчёркивает Демчук.
Особое внимание эксперт обращает на недооценку менталитета и культуры Ирана — фактора, который невозможно измерить деньгами или технологическими возможностями.
Конфликт с нулевой суммой: победителей нет
И США, и Иран поспешили объявить себя победителями. Но возможна ли победа в таком конфликте?
«Конфликт между США и Ираном — это конфликт с нулевой суммой. Здесь не может быть взаимного выигрыша (win-win). Либо взаимный проигрыш (взаимное уничтожение или нанесение колоссального ущерба), либо компромисс, когда каждая сторона идёт на частичные уступки»,
— объясняет Демчук.
Произошедшее эксперт квалифицирует как вынужденный компромисс: США отказались от дальнейших ударов по Ирану (Трамп не реализовал свою угрозу нанесения удара по энергообъектам), а Иран согласился разблокировать Ормузский пролив под угрозой ещё большего ущерба.
Ошибка мышления США: всё ли можно решить деньгами и технологиями?
Отдельного внимания заслуживает эпизод, о котором сообщило издание «Republic»: представитель Пентагона на закрытой встрече угрожал Ватикану, заявив, что американцы обладают военной мощью и могут делать всё, что заблагорассудится, и что католической церкви лучше встать на их сторону.
Фото: Царьград
Демчук связывает подобную риторику с фундаментальной особенностью американского мышления:
«Они считают, что если выделить деньги, найти технических специалистов и нанять людей, то можно выполнить абсолютно любую задачу. В этом их ошибка — они не просчитали факторы, которые нельзя измерить деньгами или техническими возможностями».
В качестве примера эксперт приводит иранских граждан, выходивших живыми цепями вокруг энергообъектов, чтобы стать живым щитом.
*«В мышлении Трампа это не укладывается: как это граждане сами хотят умереть, чтобы защищать инфраструктуру? Или когда 12-летним подросткам разрешают встать с ружьём, или разрешают идти в армию детям, которые будут стрелять по американским десантникам»*.
Европа: молчание и нежелание связывать руки
На фоне кризиса Евросоюз, по мнению депутата Европарламента от Бельгии Марка Боатенги, не предпринял никаких дипломатических усилий. Ни одна европейская страна не заявила о желании выступить посредником.
«В Евросоюзе процесс принятия решений — очень громоздкая процедура: все 27 стран должны согласиться. Общего плана нет»,
— констатирует Демчук.
Прибалтийские страны готовы направить символический контингент, но Франция и Германия не хотят вовлекаться. Причины прагматичны:
«Они понимают, что есть большой шанс, что Трамп проиграет промежуточные выборы, а через три года европейцам предстоит иметь дело с другим президентом США. Они не хотят связывать себе руки безоговорочной поддержкой Трампа, чтобы потом оппозиция не использовала это против них».
Генсек НАТО Марк Рютте съездил в США, но, по данным многих изданий, не смог смягчить враждебность Трампа к альянсу. Испанцы, в свою очередь, назвали Рютте «лакеем Трампа».
Будущее НАТО: выход или реструктуризация?
Трамп неоднократно угрожал выходом из НАТО. Насколько это реально?
«Основные деньги в НАТО идут из Соединённых Штатов. Если США прекращают финансирование НАТО, будет серьёзное сокращение управленческого аппарата»,
— отмечает Демчук.
Однако полный выход из альянса — процедура долгая и сложная: требуется одобрение Конгресса, и только через год после заявления страна может выйти. Эксперт проводит историческую параллель:
«Франция в 1966 году заявила о выходе из военных структур, вывела войска НАТО со своей территории, но из политической структуры НАТО не выходила никогда. Так же и США: Трамп может сказать: «Мы сворачиваем военные программы и военные расходы в НАТО, сворачиваем свою военную структуру, но в политических структурах останемся, чтобы Америка контролировала все принимаемые решения»».
Выводы
Конфликт США и Ирана продемонстрировал пределы технологической и военной мощи, когда на другой стороне оказывается общество, готовое к самопожертвованию ради защиты своей земли и идентичности. США не достигли заявленных целей, а вынужденный компромисс, по сути, является признанием просчётов на всех уровнях — от разведки до учёта культурных факторов.
Европа, не желая связывать себя поддержкой Трампа, заняла выжидательную позицию. Будущее НАТО, вероятнее всего, будет связано не с выходом США, а с реструктуризацией и сокращением американского военного присутствия.
«Сейчас американцы будут делать из этого очень серьёзные выводы и трижды подумают, прежде чем возобновлять военные действия»,
— резюмирует Артур Демчук.
Автор: Алтана Галзанова