Илья Щербаков, сотрудник кафедры международных отношений и интеграционных процессов факультета политологии МГУ имени М.В.Ломоносова
В конце декабря 2025 – начале января 2026 года в Иране прошли крупнейшие за последние годы массовые протесты, переросшие в беспорядки. Для Исламской Республики подобные социальные волнения не являются новым явлением. За последние десятилетия страна пережила несколько серьезных кризисов: студенческие выступления 1999 года, масштабные акции «Зелёного движения» в 2009 году, а также экономические протесты 2019-го, спровоцированные в том числе жесткими международными санкциями.
Нынешние события отличаются своим размахом. Определённую роль в их эскалации сыграла активная медийная кампания вокруг фигуры наследного принца Резы Пехлеви, проживающего в США. В ответ иранские власти предприняли жёсткие стабилизационные меры, включая продолжительные ограничения доступа к интернету, что в итоге привело к завершению «горячей фазы» протестов.
Тем не менее, события в Иране стали катализатором для формирования различных позиций ключевых международных игроков.
Позиция Запада: поддержка протестов и давление на режим
США и страны Европейского союза с самого начала заняли консолидированную позицию в поддержку протестующих. И президент США, и руководство Еврокомиссии публично осудили действия властей Ирана. Однако акценты в подходах отличаются: Вашингтон делает ставку на силовое сдерживание, включая вопросы ядерной программы, в то время как Европа в большей степени ратует за внутреннюю демократизацию и эволюцию политического режима в сторону светской модели.
Позиция России и Китая: заинтересованность в стабильности
Для Москвы и Пекина кардинальная дестабилизация в Иране невыгодна. Россия, подписавшая с Тегераном в 2025 году соглашение о стратегическом партнёрстве, видит в нем ключевого партнёра в реализации транспортного коридора «Север — Юг» и союзника в вопросах международной безопасности, разделяющего критику «агрессивной политики Запада». Китай рассматривает Иран как главного торгово-экономического партнёра на Ближнем Востоке и важного участника таких форматов, как БРИКС и ШОС. Оба государства заинтересованы в сохранении статус-кво
Позиция стран Ближнего Востока: сдержанность и прагматизм
Несмотря на исторические и конфессиональные противоречия (суннито-шиитское противостояние), ближневосточные соседи Ирана — Турция, Азербайджан, Ирак — также не заинтересованы в его резкой дестабилизации. Для них Иран выступает своеобразным буфером, сдерживающим неконтролируемые миграционные потоки и потенциальное распространение этнических конфликтов (особенно в приграничных регионах, таких как Восточный Азербайджан).
Резюме
Текущие волнения в Иране можно рассматривать как логическое продолжение внутренних социально-политических противоречий, накапливавшихся годами. Хотя власти смогли относительно быстро взять ситуацию под контроль, фундаментальные проблемы — давление западных санкций, экономические трудности, запрос части общества на изменения — остаются нерешёнными. Именно их урегулирование станет главным условием для долгосрочной стабильности Исламской Республики