В конце декабря этого года в Майами состоялась встреча представителей США, Турции, Египта и Катара, на которой была подтверждена приверженность реализации так называемого «плана Трампа» по урегулированию в Газе. Этот документ, принятый в ноябре 2025 года, положил конец активной военной фазе конфликта между палестинским движением ХАМАС и Израилем.
Конфликт, известный в международных медиа и академических кругах как война в Газе, начался в октябре 2023 года после вторжения боевиков ХАМАС на территорию израильских поселений. В ответ Израиль начал масштабную военную операцию, в результате которой к ноябрю 2025 года его войска заняли Филадельфийский коридор (границу между сектором Газа и Египтом) и частично разрушили сеть подземных туннелей ХАМАС.
Операция привела к массовому исходу гражданского населения на юг сектора и в соседние страны, а также к резкому ухудшению гуманитарной ситуации. Важным аспектом конфликта стала массовая международная реакция на действия Израиля: в конце декабря 2023 года ЮАР подала иск в Международный суд ООН, который поддержали многие страны Глобального Юга.
К концу декабря США заявили о завершении первого этапа «плана Трампа»: открытии гуманитарных коридоров, возвращении части мирного населения и отводе израильских войск на заранее согласованные позиции («желтую линию»). Гарантами соглашения выступают США, Египет, Катар и Турция. Резолюция СБ ООН 2803, одобрившая план, была встречена неоднозначно. Россия и Китай стали единственными странами, воздержавшимися при голосовании. Постоянный представитель России при ООН Василий Небензя заявил, что резолюция «не наделяет Совет Безопасности должными прерогативами» и «противоречит духу подлинного миротворчества». Позицию Москвы в этом конфликте можно охарактеризовать как дистанцирование и стремление сохранить хрупкий баланс. Противниками плана также являются ХАМАС и «Исламский джихад», выступающие против предлагаемых ограничений прав палестинцев. Отдельной сложной проблемой остается формирование международной администрации и сил безопасности для управления сектором Газа.
Особую роль в палестино-израильском конфликте играет Турция. Ее руководство последовательно призывает прекратить израильские операции в Газе и стремится к международному осуждению действий Израиля, чтобы оказать давление на Тель-Авив. Несмотря на медленное продвижение «плана Трампа», напряженность в отношениях Турции и Израиля сохраняется. Новой точкой противоречий может стать Африка. В конце декабря премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху впервые в мире официально признал независимость Сомалиленда (этот шаг не поддержало большинство стран, включая Турцию). Одной из причин столкновения интересов Анкары и Тель-Авива в регионе являются геологоразведочные работы Турции на Африканском Роге и ее растущее политическое влияние в Восточной Африке.
Таким образом, к концу 2025 года война в Газе остается важным фактором мировой политики, выстраивающим новые линии раскола между государствами в вопросах поддержки прав палестинцев и отношения к политике Израиля. Россия и Турция, занимая разные позиции по отдельным аспектам конфликта, в целом выступают за мирное урегулирование и укрепление доверия не только между прямыми участниками противостояния, но и среди других вовлеченных сторон.
Автор: Илья Щербаков, сотрудник кафедры международных отношений и интеграционных процессов факультета политологии МГУ имени М.В.Ломоносова