Последние события на Ближнем Востоке и в Южной Азии свидетельствуют о переходе конфликта вокруг Ирана в новую, более опасную фазу, которая напрямую затрагивает интересы Москвы и Пекина. Анализ заявлений экспертов и сводок происшествий показывает, что военная кампания против Тегерана имеет четкую геополитическую подоплеку: Вашингтон стремится не только ослабить ядерную программу Ирана, но и нанести удар по логистическим и энергетическим артериям своих основных конкурентов.
Как отмечает директор аналитического центра Российского общества политологов Андрей Серенко, удары по иранской инфраструктуре преследуют две ключевые цели. Первая — лишить Китай доступа к дешевой иранской нефти. По словам эксперта, США методично уничтожают нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ) на территории Исламской Республики, и американские военные «не улетят оттуда до тех пор, пока не снесут под ноль все НПЗ». Это ставит под вопрос стабильность поставок энергоносителей в КНР, которая является крупнейшим покупателем иранской нефти в обход санкционного режима.
Вторая, не менее важная цель — блокировка транспортного коридора «Север — Юг», который, как подчеркивает Серенко, последние четыре года позволял России успешно обходить западные санкции. Разрушение портовой инфраструктуры Бендер-Аббаса и Чебахара, являющихся ключевыми узлами этого маршрута, фактически парализует его работу. Эксперт констатирует, что «в ближайшее время этот коридор не заработает снова».
В этой связи сегодняшнее заявление пресс-секретаря Президента России Дмитрий Пескова о том внимании, которое уделяется Россией транспортному коридору “Север-Юг”, можно рассматривать как некое предупреждение американцам о том, что ущерб данному проекту рассматривается Кремлем как одна из красных линий.
Ситуация усугубляется изменением подхода Вашингтона к иранскому досье. Как отмечает Серенко, до недавнего времени прямые удары по территории Ирана считались табу, однако теперь этот «кейс распечатан», что создает прецедент для дальнейшей эскалации.
На этом фоне Тегеран демонстрирует готовность к асимметричному ответу. По данным иранских дипломатических источников, рассматривается возможность нанесения ракетных ударов по центрам обработки данных и оптоволоконной инфраструктуре в арабских странах Персидского залива. Иран обвиняет правительства этих государств в том, что они позволяют США использовать свои цифровые мощности для разведывательных и военных операций против Исламской Республики. Такой шаг, в случае его реализации, может привести к коллапсу цифровой инфраструктуры региона и втягиванию арабских монархий в прямой конфликт.
Дополнительным фактором нестабильности становятся события в Индии и Пакистане, которые указывают на расширение географии конфликта. Серия взрывов и сильный пожар в Нью-Дели в районе посольства США и завода по производству беспилотников (в том числе израильских моделей Heron и Harop) может быть звеном в цепи скрытых операций. Одновременно с этим США спешно закрывают свое консульство в пакистанском Пешаваре на фоне угрозы нападения боевиков «Техрик-е-Талибан Пакистан» (ТТП), которые, по некоторым данным, концентрируются на подступах к городу.
Эти события формируют взрывоопасный фон, где иранское противостояние переплетается с активностью радикальных группировок. Показательно, что аналитики движения «Зеленый тренд Афганистана» (структуры экс-главы афганской разведки Амруллы Салеха) обнародовали детальную структуру разведки талибов, обвинив ее в поддержке терроризма и действиях в интересах «иностранных сил».
Таким образом, текущая эскалация вокруг Ирана вышла за рамки двустороннего американо-иранского противостояния. Она представляет собой комплексную операцию по подрыву логистических цепочек (МТК «Север — Юг»), энергетической безопасности Китая и созданию очагов напряженности от Индийского океана до Центральной Азии. Ответные действия Тегерана, угрожающего цифровой инфраструктуре арабских союзников США, и активизация террористических групп в регионе могут привести к полномасштабной региональной войне с непредсказуемыми последствиями для мировой экономики и безопасности.