Война и Мир Сирии (Репортаж собственного корреспондента)

Автор:

13.02.2020 г. Рейс N6Q422 сообщением Москва-Дамаск. Вылетели в 01.00 ночи в составе группы «Русская гуманитарная миссия». В 06.20 по местному времени в связи с плохими погодными условиями и сильным туманом Дамаск отказался нас принимать, и самолёт совершил вынужденную посадку в 300 км от Дамаска в аэропорту военной базы Хмеймим. При входе в здание аэровокзала нас встретили сотрудники службы безопасности аэропорта и двое медработников, которые проверяли пассажиров на предмет заражённости коронавирусом. Внутри здания у маленького ребенка обнаружили высокую температуру и тут же нас всех заблокировали в помещении небольшого зала ожидания, вызвали медперсонал. Сообщили, что вызовут ещё специалистов, придётся всем сдавать анализы. Раздали всем листки каких-то непонятных бланков, сказали, что нужно их заполнить и расписаться. Пока мы заполняли их, в помещении стоял шум, пассажиры ругались с персоналом аэропорта, высказывая претензии по поводу прерванного рейса, требовали обеспечения продолжения полёта. А тем временем, самолёт наш, выгрузив багаж пассажиров, улетел в неизвестном направлении. Мы остались в здании аэровокзала. Спустя более полутора часа, прибыла ещё группа людей в белых халатах с  медицинскими масками на лицах. Часть пассажиров завели в помещение в этом же зале и, вероятно, подвергли проверке всех подозрительных. Уже после обеда, наконец, стали нас выпускать. Сказали, что дальнейшее следование в Дамаск будет продолжено на автобусе, так как самолёт уже улетел. К счастью, за нами приехали сирийские партнеры и сопроводили нас до города Латакия.

В последний раз мы ели ночью, во время вылета в самолете, и были очень голодны. В Латакии зашли в кафе, перекусили и двинулись на такси в Дамаск. Ехать нужно было ещё несколько часов. На каждом посту нас останавливали, водитель такси показывал свой документ и о чем-то говорил по- арабски вооруженным постовым. Из текста их разговора понятным было всегда слово «Руссия». Нас пропускали, иногда проверяли документы. Но особых проблем в пути следования не создавали. Трасса была практически безлюдна, иногда двигался встречный транспорт. Проезжали населенные пункты, но людей было практически не видно. Улицы серые, местами завалены мусором, руины, проезжая часть и обочины не ухожены. Потом стало темно, и появился очень сильный туман, ехали медленно, ориентируясь на свет фар двигающегося впереди транспорта. Ночью добрались до отеля и заселились в номера с шикарными условиями, которые никак не указывали на поствоенную обстановку в городе.

2-й день.14.02.2020 гПятница.

Выспались немного. После тёплой ванны и вкусного завтрака все приключения предыдущего дня показались несущественными. Утро в Дамаске было прохладное. Из открытого балкона доносился шум периодически проскакивающих по трассе автомашин. Гул моторов, шёпот разговоров обслуживающего персонала в коридоре, редко доносившиеся человеческие голоса с улицы со стороны балкона… Во всей этой банальной обстановке, самым важным казалось одно обстоятельство — неслышно было каких-либо звуков стрельбы из оружия. Это радовало.  Внутри отеля все было спокойно. Современные апартаменты, изыскано и со вкусом местного колорита богато оформленные номера и холлы создавали впечатление, будто мы находимся в абсолютно мирном и спокойном городе.

Но мы знали, что это не так, к великому сожалению. Не все было так гармонично, как внушала того тишина утра, свежий ветерок с открытого балкона и улыбчивый персонал, пытавшийся создать нам атмосферу комфорта. Мы знали из информационных потоков, что за стенами отеля, чем дальше от центра столицы, тем активнее, бурлит атмосфера политической нестабильности. На это указывали военные посты и принимаемые меры безопасности, установленные у входа в здание отеля металлодетекторы, тщательный досмотр посетителей и, несмотря на улыбки дежурного персонала, их внимательные взгляды… Монотонный шум в отеле прервал Азан, который донёсся с мечети. Сегодня пятница, а по пятницам в Сирии выходной день. Как мы узнали от работников отеля, центральная историческая мечеть Дамаска «Мечеть Омейядов», являющаяся национальной ценностью и гордостью, как для верующих, так и для понимающих толк в архитектуре, сохранилась! Мы решили до отъезда её обязательно посетить. Но не сегодня, график запланированных мероприятий дня не позволял нам этого.

В холле первого этажа нас ждали представители Российского Посольства в Сирии, они приехали к нам, чтобы оказать содействие в гуманитарной миссии моих коллег. В их сопровождении мы выдвинулись к международным гуманитариям.

О ВСТРЕЧЕ В ОФИСЕ  МЕЖДУНАРОДНОГО КОМИТЕТА КРАСНОГО КРЕСТА В СИРИИ

В 14.00 была запланирована встреча с представителями Международного комитета Красного Креста в их офисе, расположенном на Masr Street, P.O. Box 3579, Damascus. Нас ждали, встретили любезно, пригласили к рабочему столу и в непринуждённой обстановке начали диалог. Мы говорили на русском языке, они на английском, но с помощью переводчика мы достаточно понятно объяснялись, даже шутили.  Как нам представились, мы имели честь общаться с заместителем руководителя миссии МККК в Сирии Говиндом Дахалом и Главой представительства в Дамаске, координатором локальных проектов —  Анной  Праз.

Руководитель нашей делегации, генеральный директор АНО «Русская гуманитарная миссия» Алексей Полковников представил нашу команду, в том числе представителя Российского Посольства в Сирии Александра Козленко, в качестве журналиста  Российского издания «Персона страны» меня и как ценного и востребованного сотрудника «Русской гуманитарной миссии» — Константина Сарваниди. На протяжении последних 4-х лет Константин по 5-6 раз в год бывал в  городах Сирии и доставлял гуманитарный груз. 

Вкратце Алексей рассказал об истории возникновения и развития их организации РГМ, принципах её работы, задачах и миссии, а также основных направлениях деятельности.   Он сообщил, что основной офис организации находится в Москве, имеется представительство в Белграде, планируется открытие такого офиса и в Дамаске. Организация существует уже 10 лет. Началось это с простого желания нескольких человек помочь нуждающимся. Выстраивая свою деятельность, они всегда пытались равняться на опыт международных организаций и строить работу на основе тех принципов, которых придерживаются международные гуманитарные организации. Основные направления деятельности РГМ — это медицина, образовательные проекты и проекты повышения жизнедеятельности населения. К последнему можно отнести создание солнечной батареи, фильтра очистки воды, а также доставка гуманитарных грузов. Если говорить о направлении медицины, то в качестве проекта, они оборудовали машину скорой помощи и передали в больницу Сербии. Эта машина работала в том регионе, где, в принципе, вообще не было автотранспорта скорой медицинской помощи. Был транспорт только для перевозки, без возможности проведения медицинских процедур. Используя эти машины, они формировали совместные российско-сербские бригады для оказания помощи населению там, где нет никакого клинического обслуживания. К медицинскому направлению можно отнести также: доставку медикаментов, образовательные проекты в области медицины. Сейчас запускается проект в области офтальмологии. Образовательные проекты, самые не сложные по конструкции — это направление учителей заграницу для работы в школах и ВУЗах. Такие преподаватели сейчас работают в Палестине, Сербии, Боснии и Герцеговине. Создание классов русского языка в школах, где преподаётся русский язык — это полностью ремонт, оборудование мебелью, оргтехникой, обеспечение литературой школьных и муниципальных библиотек. В странах бывшего Советского Союза очень востребовано всё, что связано с изучением русского языка. И сейчас это все восстанавливается, особенно в Средней Азии: Узбекистан, Таджикистан, Киргизия. Там  просят привозить педагогов, проводят конкурс русского языка. Победители едут в Москву, как туристы в страну языка, и им устраивается пятидневная туристическая программа с полным обеспечением. В этом году отмечается 75-летие основания ООН, РГМ планирует участие в его праздновании и представить свои проекты.

Коллектив самого РГМ небольшой, 15-20 человек в центральном офисе, а все остальные перечисленные проекты реализовываются посредством привлечения волонтеров, либо по гражданским договорам, где эти лица участвуют в проектах РГМ как привлечённые специалисты. Приходится экономить, так как РГМ не такая богатая организация, как Международный комитет Красного Креста и поэтому не может себе позволить содержание большого штата сотрудников. Финансирование организации осуществляется при поддержке крупных российских компаний, представленных за рубежом, и иных доноров, как из России, так и из-за границы. Кроме этого, РГМ участвует в грантовых программах, финансирование на которые выделяются Президентом страны. Также Алексей сообщил, о партнерстве с коллегами из Московского комитета Красного Креста, с которыми они сейчас делают один большой проект — это курсы по безопасности для журналистов, которые направляются в кризисные зоны. За последнее время около 100 журналистов прошло эту подготовку и примерно половина из них уже побывали в местах неблагоприятных с точки зрения военных действий или чрезвычайных ситуаций. После возвращения журналисты рассказывали, что очень похожие ситуации, которые ими рассматривались на курсах, случались в тех местах, куда их направляли, например, в Африке. И если бы у них не было той подготовки, которую они прошли на курсах, неизвестно вернулись  бы они оттуда.

Что касается гуманитарной деятельности непосредственно в Сирии, то сюда в течение 4-х лет РГМ направляет гуманитарную помощь: это продукты питания, средства гигиены первой необходимости и перевязочные материалы. Такие наборы доставлялись из Москвы в Дамаск, используя российских военных, и Константин своими руками раздавал их нуждающимся в разных городах. За это время таких наборов было роздано порядка трех тысяч коробок. В каждом наборе был фильтр воды, который изготавливается Российской компанией из специфического материала. Алексей продемонстрировал принцип работы индивидуального фильтра воды, который он привёз с собой, указав на уникальные возможности его использования в любых полевых условиях, в том числе, для очистки воды из любой лужи. Такие фильтры они доставляли не только в Сирию, но и в Узбекистан, в Балканский регион. В завершение встречи он подарил этот фильтр представителям МККК.

Закончив рассказ, Алексей предложил представителям МККК участие в совместных проектах, обмене информацией и взаимной поддержке в  оказании помощи на местах.

Далее, мы узнали о масштабах и принципах деятельности Международного комитета Красного Креста. Не только в Сирии, но и во всех местах, где действует МККК, они следуют трём основным принципам. Предотвращение конфликтов, предоставление помощи и защита уязвимых слоев населения.  Это их всемирный мандат и это то, что они стараются сделать. С точки зрения бюджета, Сирия — это самая большая миссия МККК. Количество их сотрудников — 150 человек международных коллег и 650 местных. Организация предоставляет помощь специалистами по самым разным направлениям. Все их действия на территории Сирии согласованы с Сирийским Правительством. В Сирии сейчас работает много организаций, которые так же оказывают помощь. Есть НПО и организации, которые зашли не через Сирийское Правительство, а со стороны Ирака. Правительство Сирии, конечно, недовольно ими, но они там есть. Тем не менее, и этой помощи недостаточно, больных много, и потребность помощи есть. В основном, МККК в Сирии организует совместно с местным Министерством здравоохранения курсы для врачей, которые оперируют раненых и пострадавших в ходе боевых действий. Вторая программа — физическая реабилитация раненых с повреждёнными конечностями, это очень обширная программа. И третья — занятия и тренинги с населением о мерах безопасности, их должного поведения при обнаружении боеприпасов и неразорвавшихся снарядов. Есть у них также программа протезирования лиц, потерявших конечности. Они завозят материалы, а в Алеппо и в Дамаске имеется два центра, где их изготавливают. Нуждающиеся могут обратиться к ним либо в Сирийский комитет Красного Полумесяца. Эта программа существует уже 4-5 лет. Тем не менее, работать удобно совместно с Сирийским Красным Полумесяцем, потому что они присутствует в Сирии везде, даже там, где нет МККК. Есть ли в Сирии какие-либо российские гуманитарные организации, им не известно, у них нет взаимодействия с такими организациями. Они слышали, что у российских военных есть какое-то крыло гуманитарной помощи, но они конкретно с ними не сталкивались. Между тем, они знают, что в Сирии есть десятки НПО (неправительственные организации) и организаций ООН, с которыми они взаимодействуют. Это различные национальные сообщества Красного Креста или Красного Полумесяца из других стран, например, Датский , Голландский, Немецкий, Канадский Красный Крест. Плюс те, кто не находится здесь, но реализует какие-то проекты в Сирии. Координация действий всех этих организаций в интересах Международного комитета Красного Креста, так как на территории около 11 миллионов человек, нуждающихся в гуманитарной помощи. И присутствие в Сирии большего числа организаций, работающих в этом направлении, может позволить друг друга дополнять. Поэтому они с удовольствием приняли предложение о взаимодействии с РГМ. Потребности и нужды в Сирии очень большие и поле деятельности обширное для всех. Основной проблемой из всех имеющихся, которая возникает у МККК в работе в Сирии, наши коллеги отметили различные бюрократические процедуры, с которыми они сталкиваются при получении доступа в определенных местах к гражданскому населению. Эти вопросы решаются, но очень сложно. Они понимают, что это связано с вопросами безопасности, война в Сирии идёт уже 9 лет. Кроме того, есть ещё территории, пока не подконтрольные Сирийским властям, как, например, Идлиб, который находится под контролем Турецких властей, и в такие места у них нет доступа. Когда МККК едет для посещения в какие-то места, они уведомляют об этом все стороны конфликта, находящиеся в этой зоне. В том числе и российских военных, в целях своей  безопасности, плюс, Российский центр примирения, у них с ними очень хороший контакт. Но у них всегда есть очень четкая нейтральная позиция: они никогда не ассоциируют себя с кем-либо из сторон, вовлечённых в конфликт. Ведут диалог со всеми сторонами, гарантии безопасности они должны получить от всех сторон. Участники боевых действий должны знать, что МККК выезжает туда, с какой целью, и  должны гарантировать их безопасность. А что касается непосредственно гуманитарной помощи, здесь они действуют полностью самостоятельно. Есть один нюанс. Имеются места, где у них вообще нет представительства, например г.Идлиб, и они действуют через Сирийский Красный Полумесяц.       Есть ещё одна проблема, она связана с импортом, то есть, доставка сюда каких-либо принадлежностей или оборудования. Очень длительные процедуры. Они должны сначала получить разрешение на ввоз всего, начиная от продуктов питания до других каких-то материальных принадлежностей. Всё должно соответствовать Сирийским стандартам.  Для этого нужно представить соответствующие образцы, все это изучается и потом только даётся согласие. Оформляется и соблюдается процедура растаможивания, как обычно, вне зависимости от того, гуманитарный груз это или нет. 

В результате, договорились, что РГМ начнёт свою работу и по ходу, по вопросам, которые у них будут возникать, они будут обращаться за консультациями к МККК. А те, со своей стороны, обещали возможную помощь и содействие. На тёплых нотах, довольные общением, мы покинули офис Международного комитета Красного Креста.

Фото. Справа налево: глава представительства в Дамаске, координатор локальных проектов — МККК Анна Праз,  редактор международного отдела журнала «Персона страны» Саидмагомед Сааев, генеральный директор РГМ Алексей Полковников, заместитель руководителя миссии МККК в Сирии Говинд Дахал, переводчик МККК и сотрудник РГМ Константин Сарваниди.

Справка:

«Русская Гуманитарная Миссия» (РГМ) — это автономная некоммерческая организация, созданная для осуществления гуманитарной и благотворительной деятельности в целях оказания помощи пострадавшим в результате социальных, национальных, религиозных и военных конфликтов, жертвам репрессий, беженцам и вынужденным переселенцам, а также в целях содействия укреплению мира, дружбы и согласия между народами, предотвращению социальных, национальных, религиозных конфликтов.

РГМ следует общепризнанным международным принципам оказания гуманитарной помощи: беспристрастности, прозрачности, безвозмездности. Своей целью обозначила — мир, в котором станет меньше горя, несправедливости, страданий, зла. Её миссия — помощь людям и сообществам в кризисных условиях конфликтов, стихийных бедствий, катастроф, бедности.  Как инструменты — опирается на добрую волю и профессионализм.

РГМ — это команда профессионалов с многолетним опытом работы в сфере международной гуманитарной активности. Она разрабатывает и реализует образовательные программы, программы помощи в чрезвычайных ситуациях, медицинские программы, гуманитарные проекты с полным логистическим обеспечением. Помогает беженцам; борется с безграмотностью и обучает русскому языку; привозит врачей и организует медицинскую помощь; готовит специалистов там, где они нужнее всего. Решает сложные логистические задачи в труднодоступных местах, на территории вооруженных конфликтов и природных катастроф. 

Команда РГМ — это врачи с опытом организации выездных миссий; заслуженные спасатели России и спасатели международного класса, участвовавшие в более 100 спасательных операций по всему миру, а также волонтёры, на счету которых десятки спасенных жизней; специалисты с опытом организации работы русских школ за рубежом; опытные специалисты в области логистики, обеспечения маршрутов в экстремальных  условиях; военные репортёры.

Проекты РГМ на Ближнем Востоке.

Сирия:

Системная доставка гуманитарной помощи мирному населению, пострадавшему в результате военных действий (более 19 тонн); Работа с русскоязычной общиной в Алеппо; Выпуск учебника русского языка для арабских школьников;  Образовательные проекты в Дамаске в рамках проекта «Гуманитарная миссия России на Ближнем Востоке» (совместно с РГГУ).

Палестина:

Организация преподавания русского языка для учеников школы Русско-палестинской дружбы (Вифлеем) и общеобразовательной школы для девочек (Вифания); Установка солнечных батарей в общеобразовательной школе для девочек (Вифания); Пополнение библиотечных фондов подшефных школ учебно-методическими материалами на системной основе; Организация экскурсий для учеников школ Вифании и Вифлеема в Москву и в Санкт-Петербург, а также посещение смен Всероссийского детского центра «Орлёнок» и Международного детского центра «Артек». Конкурс чтецов русской классики (просветительский и образовательный проекты в области русского языка, реализуемые РГМ и РГГУ);  Проект «Молодые специалисты в Палестине» (совместно с РГГУ).

Ливан:

Презентация программы «Гуманитарная миссия России на Ближнем Востоке» (совместно с РГГУ); Ремонт и оснащение 4-х классов русского языка в долине Бекаа; Организация преподавания русского языка международной школе (Бекаа); Конкурс чтецов русской классики (просветительский и образовательный проект в области русского языка, реализуемый РГМ и РГГУ);  Пополнение библиотечных фондов;  Системное сотрудничество с Домом российско-ливанской диаспоры города Батрун.

Вечером того же дня, нас пригласили на деловой ужин сирийские партнеры моих коллег из НПО «VSS» Анатолий Смолин, Соха Альтай и учредитель партии «Сирия Альхадара» Синан Альхули. Последний проявил личную инициативу по организации «класса русского языка», нашёл помещение и уже своими силами начал там капитальный ремонт. Он вёл очень активный диалог, не скрывая своих симпатий к России, и хотел участвовать в процессах укрепления российско-сирийских отношений. Один из соучредителей компании VSS, гражданка Сирии, но  выпускница советского ВУЗа, свободно владела русским языком и умело переводила наш разговор. На завтра договорились проехать по адресу с Синаном Альхули и посмотреть помещение будущего класса. Ресторан, где нас угощали, был с особой фишкой — этаж с рестораном вращался вокруг оси здания и пока мы ужинали, мы имели возможность обозреть город кругом. Разговор был очень дружелюбный, нас принимали как дорогих гостей или как очень давних друзей. В основном, обсуждали вопросы будущего партнерского взаимодействия, оказания помощи в организации класса русского языка. Наши сирийские друзья проявляли интерес также к учебе сирийцев в ВУЗах России. Мы обещали им помочь, разумеется, после уточнений у компетентных в этом людей в России. Надеюсь, мы скоро сообщим им приятную весть. Вернулись в отель поздно, на завтра запланировано ещё ряд  мероприятий. 

3-й день. 15.02.2020 г. Суббота.

День начался как обычно: подъем, холодный душ, завтрак в ресторане отеля. К 13.00  был запланирован обещанный Синану Альхули выезд.

В этот раз мы воспользовались городским «такси». Внешний вид салона машины, а также одежды самого водителя подчеркивали полевые условия работы. Несмотря на нищету и небезопасную обстановку, люди стараются здесь даже в этих условиях, как-то заработать, занимаясь извозом. Этот бизнес, наверное, один из немногих, который востребован в любой ситуации, особенно, в условиях отсутствия общественного транспорта. Что называется, «чтобы ни было, но семью надо кормить». После обычного приветствия друг друга словами «Мархьаба», мы сели в такси и тронулись. 

Как и обещали вчера, мы посетили помещение будущего «класса русского языка». Оно находилось на стадии завершения капитального ремонта, организованного на добровольных началах Синаном Альхули, который был очень настроен на обучение сирийских детей русскому языку. Само название его партии «Сирия Альхадара» (Цивилизованная Сирия) говорит само за себя. Мы прошлись по небольшим кабинетам и обсудили возможный алгоритм действий по организации учебного процесса. С надеждой на реализацию наших совместных намерений, после памятной фотографии, мы пожали руки друг другу и двинулись дальше.

ВСТРЕЧА С РУКОВОДСТВОМ МИНИСТЕРСТВА ПО СОЦИАЛЬНЫМ ВОПРОСАМ И ВОПРОСАМ ТРУДА САР

К этому времени, к нам подъехали наши друзья из Российского Посольства и вместе с ними мы поехали в Министерство по социальным вопросам и вопросам труда САР.  Встречали нас руководители двух Департаментов, отвечающих, соответственно, за иностранные и местные НКО (некоммерческая организация). Именно это ведомство, аналогичное нашему Министерству труда и социального развития, уполномочено заниматься вопросами контроля за деятельностью неправительственных или некоммерческих организаций, занимающихся на территории Сирии гуманитарной деятельностью. Указанное Министерство, со слов его руководства, само непосредственно подписывает Соглашение о сотрудничестве с международными НПО, либо курирует этот процесс, если подобное соглашение подписывается с другими агентствами или местными партнёрами. Любое иностранное НПО, в том числе и российское, должно получить согласие Министерства иностранных дел САР. Всего в Сирии 38 иностранных НПО (НКО). Из них 36 имеют рамочное соглашение либо с Сирийским обществом Красного Полумесяца, либо с Сирийским Фондом развития. И всего три иностранных организации заключили такое соглашение с другими партнёрами, помимо «Фонда Асада» и Сирийского общества Красного Полумесяца. Для работы в Сирии РГМ было предложено найти местных партнеров и заключить с ними соглашение. Причем, уставная деятельность этой организации должна соответствовать РГМ, то есть гуманитарной миссии в широком смысле, а не ограничиваться только одним направлением. Например, есть сообщества, которые занимаются только оказанием помощи семьям погибших и т.п. Главное, при определении местного партнёра, до подписания Меморандума (Соглашения) о партнёрстве, направить его проект в МИД. Они, как правило, дают рекомендации, которые крайне желательно включить в Меморандум. Причем, если организация зарегистрирована и осуществляет взаимодействие с другим иностранным НПО, на каждый проект необходимо заранее получить согласие МИДа, А работа через местного партнёра проводится значительно быстрее. На вопрос, знают ли они гуманитарную деятельность  «Фонда Кадырова» и как они оценивают их работу, начальник Департамента сообщил, что он очень хорошо знает Зияда Сабсаби. Они ставили палатку на Рамадан в Дамаске, в Палестинском лагере беженцев, раздавали наборы продуктов и часто бывали в Алеппо с гуманитарной миссией. Они восстанавливали там мечеть и Зияд Сабсаби сам родом из Алеппо. Его брат Мухаммед является представителем «Фонда Кадырова» в Сирии.

В завершении нашего разговора, руководству департамента было предложено воспользоваться площадкой в журнале «Персона страны», в случае желания осветить какие-то вопросы в СМИ России. Они с удовольствием приняли это предложение и сказали, что очень скоро им может понадобится эта возможность. Алексей поблагодарил руководство Департамента за консультацию. Отметил, что их задача получить необходимые рекомендации и сделать работу РГМ в Сирии полностью прозрачной и соответствующей  их законодательству. Удовлетворённые обоюдным диалогом, мы покинули здание Департамента Министерства труда и социального развития САР.

ПОСЕЩЕНИЕ ОФИСА ПАРТНЕРА НКО «VEGA STRATEGIC SERVICES”

После Минтруда, мы приехали в офис наших партнеров — Российско-сирийской компании «Vega Strategic Services». Соучредители этой организации — Смолин Анатолий и та выпускница Киевского государственного университета Советского периода Соха Альтай. Они сопровождали нас в дни нашего пребывания в Дамаске и проявляли активное желание совместной работы в гуманитарной миссии. Нам было легко общаться, так как, кроме того, что Анатолий русский, ещё и Соха, как я указывал, свободно владела русским языком. Прожив 15 лет в Москве со своей семьей, она прошла хорошую советскую школу, с традициями и привычками наших соотечественников была знакома не понаслышке.

После ознакомления с помещением офиса партнеров, во время питья кофе, которым нас угостили, Соха согласилась дать интервью для нашего журнала. Ей довелось стать очевидцем некоторых эпизодов войны и её рассказ, разумеется, был трагическим. Но правда — даже самая горькая — должна быть достоянием общественности. Она рассказала об ужасах тех военных событий, имевших место на земле многострадальной Сирии, или как некоторые  с любовью называют эти земли «Шамм».

Мы сидели друг против друга, она на диване, я в кресле. И было видно, как перед началом рассказа её лицо вдруг стало тревожным, на глазах появились слезы. Она начала разговор после небольшой паузы…

Рассказ Сохи Альтай

«Весь Дамаск был кругом окутан боевыми действиями. Все маленькие районы  вокруг города были заняты разными группировками, то людьми «Нусри», то других группировок, их было очень много с разными наименованиями. В результате, Дамаск вокруг весь разрушен. Например, Палестинский лагерь, так называется этот район,  хотя там живут и сирийцы, и курды, и, разумеется, палестинцы. Туда до сих пор нельзя ходить, так как там всё разрушено, невозможно узнать, где какая улица была. И это Дамаск, то есть здесь, рядом. Когда боевики поэтапно уходили, кажется, в Идлиб, приезжали автобусы и забирали их. Как только они уходили, там все взрывалось и бомбили. А население там остаётся до сих пор. Некоторые вернулись туда после ухода боевиков, потому что у многих не было денег, чтобы жить в съемных квартирах. Они очень дорогие. Сейчас они так и живут в полуразбитых домах. Если ехать в строну Хараста, где располагается центральная  трасса международного сообщения, можно увидеть страшную картину. Это тяжело смотреть. Такие разрушения, что плакать хочется. В сторону запада, где дача моих родителей, там тоже трасса, которая ведёт в Иорданию. Боевики, в основном, старались захватить трассы, магистрали международного сообщения, чтобы отрезать Сирию и её столицу от остального мира и контролировать пути передвижения. Это и такие маленькие города как Кисви, Даръа. Многие слышали, наверное, что было в Даръа, там тоже были страшные военные события. После него начинается уже Иордания. Начиная от Дамаска, в радиусе одного километра, начинаются все эти разрушения. Везде, где были боевики, имелись разрушения от бомб и снарядов, с помощью которых они уничтожались. Все эти многочисленные группировки обстреливали друг друга, в результате страдало гражданское население. Сирийская армия пыталась уничтожать боевиков до того, как они доберутся до жилых кварталов, но они всё равно проникали туда. Я это видела, потому что присутствовала там, в посёлке альКисви (Alkeswah), где живут мои родители. Пока правительственные войска не трогали жилые кварталы, ввиду того, что там мирное население, боевики занимали эти участки, и гражданские становились заложниками ситуации. Вместе с боевиками они оказывались в зоне поражения. На захваченных боевиками участках гражданское население становилось, как бы, частью их. Они не могли сказать ни «за», ни «против», потому, что это было опасно для них. Кто выступал «против», мог быть убитым, не важно, женщина это или мужчина. Там срабатывал принцип «кто не с нами, те враги». Расскажу один из случаев, свидетелем которого мне пришлось невольно стать. Однажды, я ехала вместе с другими женщинами и была закрыта (в хиджабе), как и их женщины, потому что, если бы узнали, что я не местная, меня тут же бы забрали. Как раз проходила рядом машина, и один парень показал на одного боевика просто пальцем. Его остановили, вытащили из машины и прямо у меня на глазах отрезали ему голову и выбросили. Потом нам дали команду: «всё, проходите». После этого случая я три ночи не могла спать, все перед глазами стояли картина эта и кровь, которая хлестала из раны этого мужчины. Не понятно, за что?!  Когда приехала к родителям и рассказала про этот случай, спрашиваю, за что?! Они мне говорят, ну, наверное, он сказал, что они страдают из-за них или голодают или им мазут (ГСМ) не поставляют из-за них. И такие акты были не единичны».

Рассказывая об этой жестокости, Соха очень волновалась, ее глаза наполнились слезами и в голосе появилась дрожь, выдавая пережитую боль. Война везде имеет окраску жестокости, запах смерти и бесчинств, утрату людьми человеческого облика и превращение в зверей… «Туда Правительство, конечно, не отпускало ничего и народ, естественно, голодал»,- продолжала Соха. — «В самое опасное время я вынуждена была ездить в посёлок к родителям и возить им продукты питания. Это практически через линию фронта. Мой покойный отец не хотел уезжать со своей дачи в квартиру в Дамаск. Он не хотел, чтобы кто-то из боевиков заселился в неё, и родители так и остались на даче. Там были бомбежки, военные действия, и все эти ужасы происходили у них на глазах. Также дети моего брата, которые остались в этом посёлке, видели это всё и получили психологический стресс. Они до сих пор нуждаются в реабилитации, как и все, кто находился в местах боевых действий. Нужна какая-то программа по оказанию помощи психологов детям и людям, находившимся в зоне конфликта. Но в Сирии не хватает таких специалистов».

Такие специалисты-психологи, конечно, есть у гуманитарных организаций, в том числе и у российских, но они говорят на своих языках, не на арабском. А с детьми надо разговаривать на родном и понятном им языке, иначе эффективность будет очень слабая.

РАЗМЫШЛЕНИЯ ПРИ ПОСЕЩЕНИИ МЕЧЕТИ «ОМЕЙЯДОВ»

Наконец-то, к вечеру, у нас появилась возможность прогуляться пешком и посетить Мечеть «Омейядов», эту старую, повидавшую виды красавицу. Она стояла по-прежнему, какой я видел её ещё года за три до начала военных событий в Сирии. Правда, в этот раз вокруг неё  было менее ухожено, как и, в целом, в городе. Но, как и прежде, толпа людей шла к рядом расположенному рынку, и стояли в ряд припаркованные автомобили. Учитывая, что время нашего визита было не молитвенное, людей внутри мечети было не так много. Войдя внутрь, я, как мусульманин, отдавая дань уважения Дому Творца, совершил двух-ракатный намаз и попросил у Милостивого и Милосердного скорейшего завершения войны. Я знаю, что такое война, видел её в упор в период двух военных кампаний в Чечне… Война — это самое наихудшее, что может придумать человечество! Сидя на коленях в мольбе перед Всемогущим и размышляя, осознаешь насколько слаб и ничтожен человек перед Творцом Вселенной. Не понятны причины причинения столь жестокой боли этими ничтожными людьми друг другу, не понятны  причины массовых убийств ради тленного мирского, которое все равно останется здесь в земной жизни, когда наши души уйдут в мир иной. С собой мы заберём лишь наши грехи и деяния, за которые придётся держать ответ. Но дьявол лукавый не оставляет людей в покое. Находит среди них тех, кто следует за ним и посредством их, распространяет на земле зло и нечисть. Пусть Всевышний  сбережёт нас от него…

Внутри мечети почти ничего не изменилось: те же стены из камня, отделанные белым мрамором и расписанные золотом в виде арабской вязи  из священного Корана. Высокие потолки с деревянными крашеными балками, с которых свисали на длинных канатах старые большие люстры, ковры на полу довольно уже износившиеся… Всё говорило о том, что реставрации давно не было. Это было объяснимо, сейчас не до этого. В Республике не прекратились ещё военные действия, люди думают о том, как бы выжить, прекратить братоубийственную войну и тогда можно вернуться к обустройству быта и восстановлению инфраструктуры. Очень хотелось бы помочь им в этом… но как?!

Мои коллеги меня ждали снаружи у входа, и я поспешил к ним. У ворот было смонтировано небольшое сооружение в виде КПП, чего не было раньше. Видимо временные меры безопасности требовали этого. Пожилой мужчина в штатском, находившийся здесь в роли Смотрящего за порядком, дружелюбно протянул мне мою обувь, которую я оставил при входе. Мы с ним приветливо обменялись словами пожелания друг другу мира. На лицах людей отражалось состояние их души. Несмотря на жестокость и ужасы войны, которые они повидали и переживают до сих пор, лица жители Дамаска не утратили на своих лицах выражения добродушия…

Выйдя к своим попутчикам и двигаясь с ними в сторону рынка, мимо стен мечети, я заметил на одной из минаретов шестиконечную звезду Давида,  что казалось  странным для стен мусульманской мечети. Но эти старые стены скрывают историю цивилизаций времён иудаизма, христианства и ислама.  Если бы стены умели говорить, они бы рассказали о многом. Но они хранят каменное молчание…  Мы прогулялись по вечернему многолюдному рынку, который особо ничем не отличался от рынков мирных городов, кроме печальных лиц его посетителей и неухоженности территории, как и везде по городу.

Мы поужинали в кафе и вернулись в отель.  Вечер был полон волнительных впечатлений дня. Война и мирная жизнь здесь в переплетении. Все рядом! В центре и на рынке, как и в обычной жизни, проблемы быта, а чуть подальше от столицы — ещё не прекратившаяся война. Люди здесь, конечно, мобилизовались и живут, стараясь не думать о войне, но она безжалостна и бесцеремонно вторгается в их жизнь. А жизнь в условиях войны ни стоит ничего, она обесценивается и висит на ниточке, готовой оборваться в любой момент…

16.02.2020 г. Воскресенье.

У нас это выходной, но для Сирии, это обычный рабочий день. После завтрака, в 10.00 мы собрались внизу в холле отеля, где нас уже ждали наши партнеры компании VSS Анатолий Смолин, Соха Альтай и ее сын — Мохаммад Шади, тоже сотрудник этой компании, он же был в качестве водителя в период нашего пребывания  в Дамаске.

 Мы старались следовать графику плана мероприятий. И следующим пунктом нашего выезда была действующая школа Министерства образования, которая функционирует, несмотря на обстановку в стране, и дети учатся. Мы встретились с директором и с некоторыми педагогами школы. Они знали о нашем визите и ждали нас. Встретили радушно, проводили в кабинет директора и с помощью Сохи, которая одновременно была у нас в качестве переводчицы, обсуждали вопросы относительно учебного процесса в этой школе вообще и обучения русскому языку, в частности.  Как  принято в Сирии, нас в ходе беседы угостили чаем и восточными сладостями. Была приятная атмосфера общения. В сопровождении директора школы мы прошлись по зданию.  Посетили учеников младших классов, точнее 2-го класса, как раз во время урока.

Когда мы вошли в аудиторию, как и у нас в России, дети встали и хором поприветствовали нас. При этом хлопая в ладоши, говорили нам слова приветствия типа «Добро пожаловать!». На их лицах были беспечные улыбки и с присущим детям в этом возрасте любопытством, они разглядывали нас, продолжая стоять, пока учительница не дала команду садиться. Парты у них были, в отличии от наших, трехместные.  Мы вторглись в их класс, прервали им урок и, чтобы не нарушать их порядок занятий, пожелали им удачи и, не задерживаясь особо, удалились из класса.

Посмотрели актовый зал, где предлагалось организовать «класс русского языка», как дополнительный курс обучения для учеников с 4-го по 6-й класс. Для этого нужна была инициатива организаторов и получение разрешения Минобразования САР. В этом случае, школа готова предоставить помещение, но оплату преподавателей нужно изыскать самим организаторам курса русского языка. Из беседы с директором мы узнали, что русский язык вошёл в их школьную программу с 7-го по 9-й классы, как и другие иностранные языки, наряду с английским и французским. Его изучение уже запланировано на базе школьной программы, на это есть приказ Минобразования Сирии, и со следующего года эта программа заработает. Это обстоятельство указывает на позитивные намерения Сирии развивать перспективные отношения с Россией. Знания русского языка на уровне средней школы даст хорошую базу и возможность продолжения учебы в ВУЗе, в том числе и в российских ВУЗах. А впоследствии, поможет  строить бизнес и налаживать деловые отношения между гражданами обеих стран.

После экскурсии по зданию мы вернулись в директорскую и продолжили беседу. Алексей, как руководитель РГМ, который и планирует оказать помощь в организации класса русского языка, поблагодарил руководство школы за встречу и выделение помещения под класс русского языка. Выразил желание сделать именно такой проект, который будет иметь перспективу. Для этого нужно предусмотреть очень много всяких организационных моментов. В том числе и требования Минобразования, учитывая, что самым важным в этом вопросе является наличие учителей. Как правило, в странах, где была аналогичная практика, РГМ организовывала такие проекты там, где уже преподаётся русский язык.  В Палестине, Сербии, Боснии, Узбекистане, там учителя работают уже долгие годы. Преподавание русского языка организовано у кого-то со 2-го класса, у кого-то с 5-го. Понятно, что в каждой стране есть своя особенность, и им нужно какое-то время, чтобы правильно этот проект  построить. Возможно, провести переговоры на уровне министерств образования обоих стран. «Сегодня у нас намечены встречи в Госуниверситете с кафедрой русского языка, а также с «Центром русского языка», отметил Алексей Полковников,- мы посоветуемся с ними,  и, возможно,, они нам предложат какое-то решение с преподавателями. Важно сейчас собрать  информацию по этому делу и потом принять решение. Здесь нужен комплексный подход, проработать все вопросы. В классах нет интернета, чтобы работали смартдоски, нужно его провести, рассчитать стоимость,  количество учеников в каждой группе и учителей. Кто будут эти учителя, и какой размер оплаты им установить и т.д.  В общем, много разных вопросов, и их нужно решить, для чего потребуется  время. Но мы этим будем заниматься», -заверил руководитель РГМ..

Хозяева, со своей стороны, также поблагодарили нас за выбор именно их школы и выразили надежду на перспективу.

ВСТРЕЧА НА КАФЕДРЕ РУССКОГО ЯЗЫКА В ГОСУНИВЕРСИТЕТЕ Г. ДАМАСКА

Русский язык в Сирии включен не только в общеобразовательную программу в школе. Он изучается и в Государственном университете г. Дамаска на факультете филологии. Мы  приехали в этот университет для встречи с заведующим кафедрой «Русского языка» доктором Хайсамом Махмудом. Он нас встретил с непритворной радостью, как будто бы к нему приехали земляки. У него выпала возможность по-настоящему пообщаться на русском языке. Видно было, что соскучился. После приветствия и знакомства, он с ностальгией стал нам рассказывать про свои студенческие годы в Советском Союзе, где он прожил 12 лет, про свою кафедру «Русского языка», угощал нас чаем с восточными сладостями. Доктор Хайсам рассказывал нам, как протекает учебный процесс на кафедре, о требованиях студентов и подходе к вопросам познания русского языка. С сожалением рассказывал о тех студентах, которые учатся формально, не стараются. «Некоторые поступают просто так, хотят просто диплом получить и уехать в Россию, чтобы работать или поступить в российский ВУЗ на другие факультеты. Не стараются получить знания, хотя ум и способности есть. Очень слабая разговорная речь, грамматика при этом отличная. Сейчас мы ищем методику, как их заинтересовать углубленно  изучать язык.».

На кафедре 5 преподавателей. Это женщины, которые замужем за сирийцами. Работают они у них по ежегодному контракту. Но, пока идёт война, зарплата очень маленькая, она не привлекательная. До войны было лучше. У них много проблем, связанных с методикой преподавания русского языка, нет учебных лабораторий, аудиотехника. В советское время, когда они учились в России, у них была возможность иметь теоретические занятия, потом зайти в лабораторию с книгой и там слушать разговорную речь, а потом на улице разговаривать и практиковать это. Здесь не с кем поговорить, поэтому слабо с разговорной речью. Студенты много знают про русских и советских писателей, про Александра Пушкина, Толстого, других, но разговаривают слабо, потому что не с кем. Поэтому, когда появляется русскоговорящий, они с удовольствием приглашают его на кафедру и дают возможность студентам послушать, как он говорит. Студенты 4-го курса более-менее разговаривают. Когда они приходят к доктору Хайсаму, он с ними старается общаться только на русском. Пока они не спросят на русском языке, не отвечает принципиально, пытаясь таким образом их научить говорить. В университете 250 студентов занимаются изучением русского языка. Но после 6-и лет обучения, они показывают очень слабые знания. У них нет межвузовского общения с ВУЗами   России. Такого общения им явно не хватает. Есть практика в мире, когда студенты, например, изучающие арабский язык, приезжают к ним в Сирию, а их студенты едут в страну изучаемого языка. Это форма общения была бы очень эффективной и малозатратной. И межвузовское общение нужно не только в среде студентов, но и между педагогами, обмен профессиональным опытом,  методикой преподавания. У Университета есть общежитие типа гостиницы. Но для организации такой работы нужна согласованность с руководством университета, министерством просвещения, а также с МИДом.  Алексей предложил наладить контакты между министерствами высшего образования обеих стран. Стоит, наверное, заняться организацией двусторонних встреч между этими министерствами. Что касается РГМ, то всем, чем они могут помочь, сделают. Можно подумать о том, чтобы иногда привозить преподавателей из России, которые что-то расскажут интересное про русский язык, покажут  фильмы на русском языке. Доктор Хайсам показал нам учебные классы, имеющуюся у них русскую литературу, настенные наглядные пособия по грамматике русского языка. На вопрос, как организуется работа преподавателей русского языка в школах, есть ли обязательные квалификационные требования к учителям, Доктор Хайсам пояснил следующее. Главная проблема  — в кадрах, у Минобразования таких кадров нет. Если бы они были, то русский язык бы сейчас преподавали во всех школах. Поэтому, если мы будем делать курсы в школах, то преподаватели должны будут быть наши из университета. Когда будет выпуск студентов этого университета, разумеется, со специализацией «преподаватель русского языка», они решат в перспективе проблему преподавания языка в школах. Нужно будет подать сведения в Министерство просвещения о том, что есть вот выпускники — преподаватели русского языка, и тогда они на будущий учебный год запланируют начало занятий. А пока остаётся искать из числа русскоязычных лиц, проживающих в Сирии, имеющих высшее образование и опыт преподавания.

Мы обнадежили доктора Хайсама в том, что скоро все наладится, мы будем помогать. В Дамаске планирует начать работу в ближайшее время «Русский культурный центр», который тоже будет содействовать решению проблемы преподавания русского языка.

«РУССКИЙ МИР»  В СИРИИ

После Университета мы направились в офис к нашей соотечественнице, которая давно уже проживает в Сирии, будучи замужем за сирийцем, и работает в Министерстве просвещения. Светлана Олеговна Родыгина является советником министра данного ведомства и одновременно возглавляет в Дамаске «Русский мир». При входе, так сказать, в кабинет «русского языка и литературы», над дверью заметили два флажка российский и сирийский, символизирующих дружбу народов двух стран. А слева на стене было изображение куполов Московского кремля. Внутри на стене — изображения известных русских поэтов и писателей, в углу стоял манекен девушки в русском национальном наряде.  В общем, обстановка, создающая атмосферу Русского мира. Основной темой беседы был — русский язык и возможность его изучения  в Сирии для всех желающих. 

Светлана Олеговна ознакомила нас с состоянием дел в стране по этому поводу. Сообщила, что русский язык здесь в Сирии введён с 2014 года. Сейчас в Сирии 24 339 человек изучают русский язык в государственных школах в рамках официальной программы. Здесь у них таких школ 209, имеется около 150 учителей. Есть учебная программа и учебники. Было такое указание по всем провинциям открывать в школах русский язык. Учитывая, что людей со специальным профильным педагогическим образованием очень мало, они берут на работу в качестве учителей тех, у кого: сирийское гражданство, наличие высшего образования, российского или советского, и свободное владение русским языком. То есть, это могут быть русскоговорящие, но принявшие гражданство Сирии, либо сирийцы, окончившие ВУЗ в России или в Советском Союзе, либо вот сирийский ВУЗ с кафедрой «Русского языка». Но гражданство сирийское обязательно. Если директор направляет информацию о наличии учителя, то министерство просвещения на будущий учебный год закладывает единицу в соответствующей школе. Начало изучения иностранного языка, русского или французского — на выбор, в школах с 7-го класса. А английский — с 1-го класса. Нужно, чтобы набралось какое-то количество желающих изучать русский язык, например, учеников 10. Они и их родители идут к директору школы и заявляют, о том, что хотят изучать вот такой-то язык и директор принимает решение.  Началось все это с 2014 года, когда в Сирии было тяжело с русским языком, поэтому  пока сохранился такой порядок выбора языка. В каждой провинции у них есть Департаменты образования и там обязательно координатор по развитию русского языка, они же могут быть ответственными и выполнять, как бы, роль библиотекаря русской литературы. Светлана Олеговна, как раз, является координатором отношений между министерствами двух стран России и Сирии.  Она тоже подтвердила потребность в книгах для библиотек, они нужны для провинций и самого Дамаска. Важно, чтобы в каждой школе был отдельный класс русского языка.

Мы услышали её советы, как компетентного человека в этих вопросах, её видение о механизме организации процесса обучения в школе русского языка. По результатам нашей беседы, договорились о заключении Соглашения о сотрудничестве между РГМ и Министерством просвещения САР.

ВСТРЕЧА С ПРЕДСТАВИТЕЛЯМИ МЕЖДУНАРОДНОЙ ОРГАНИЗАЦИИ “ОКСФАМ” (OXFAM)

Наконец, мы посетили офис МНКО «Оксфам», где нас ждали с момента вылета из Москвы. Это международная некоммерческая организация, представляющая конфедерацию 20-и независимых НКО из разных стран, работающих в более чем 90 странах мира. Кроме гуманитарной помощи, она занимается содействием международному развитию и её основная миссия — борьба с бедностью. Головной офис находится в Найроби, Кения. Встретили нас: советник по стратегическим вопросам и коммуникаций офиса Оксфам в Сирии Мэтью Хемсли и глава офиса Норвежского совета по делам беженцев в Сирии, Анна Церви. Участие в режиме ВКС принимал так же Федерико Десси — представитель организации «Химанити и Инклюжен», который базируется в соседнем Аммане. Почти следом за нами, прибыл и сам директор Сирийского офиса Оксфам  — Мутаз Адам.

После процедуры обычного приветствия и рукопожатий, нас пригласили к рабочему столу.  Разговор, как обычно, мы вели на русском, они на английском, и Александр Козленко переводил. Алексей Полковников cообщил, что НКО «РГМ» получила разрешение в Министерстве труда и социального развития Сирии на работу в стране. Осталось только заключить соглашение с местным НПО. С такой организацией уже встречались и обсудили этот вопрос, будет готовиться проект Соглашения. «По возвращению в Москву, все необходимые документы будут направлены в МИД Сирии и после его одобрения, мы приступим к работе. Несмотря на то, что формально аккредитацию мы получаем только сейчас, мы уже работали на территории Сирии и выполнили определенный объём работы. Учитывая специфику страны, это были гуманитарные миссии совместно с Центром по примирению враждующих сторон. Это раздача гуманитарных грузов в виде продуктов питания, средств гигиены и минимальных медицинских наборов в тех регионах, где освобождались территории. В каждом наборе был индивидуальный фильтр для очистки воды, и уже около тысячи таких фильтров было доставлено в Дейр-эр-Зор. Помимо раздачи гуманитарных грузов, были акции, связанные с помощью детям в школах. Нам очень приятно получить предложение о совместной работе от такой крупной и уважаемой организаци как Оксфам. Несмотря на то, что у нас есть проекты территориально в Средней Азии, на Балканах, на Ближнем Востоке, мы бы хотели сосредоточить свои усилия в ближайшее время здесь в Сирии. И для нас будет хорошим опытом и практикой работать совместно», — отметил Алексей Полковников.

Мэтью Хемсли поблагодарил Алексея за полезный рассказ. Заявил, что они крайне заинтересованы обсудить какие-либо совместные проекты, которые могли бы быть реализованы для гуманитарной поддержки населения Сирии. Что касается Оксфам, организация работает напрямую с Министерством труда через Меморандум взаимопонимания, с местным Управлением Министерства водных ресурсов и с Министерством сельского хозяйства. Работают они, прежде всего, в сфере обеспечения населения чистой водой, в сфере санитарии и продовольственного обеспечения. Есть проблемы с безопасностью, но они пытаются решать их в зависимости от того, как меняется ситуация на ежедневной основе.

Разговор продолжила Анна Церви. Она поблагодарила за встречу, и сообщила, что они тоже работают с сирийскими властями напрямую через министерства, но у них есть ещё и местное партнёрство с НПО, это фонд супруги Президента «Асма». Взаимодействуют они с Минобразования, Министерством местного управления и охраны экологии, а также с сирийским МИДом. Основная зона их деятельности — это столичный регион, непосредственно сам Дамаск и прилегающие территории. Также начали работу в Даръа и в Кунейтре, у них есть представительство и в Алеппо. В основном, они занимаются реабилитацией жизненно важной инфраструктуры, восстановлением школ и другими проектами в сфере образования, начиная с того, что помогают детям, которые не посещали школу из-за военных действий. Также работают с учителями, предлагая курсы переподготовки и повышения квалификации. Они также оказывают срочную гуманитарную и психологическую помощь, прежде всего, детям и подросткам, которые пережили стрессовые ситуации. Есть сотрудники, которые работают непосредственно на земле, а если требуется серьезная профессиональная помощь, то они направляют подростков к специалистам местных организаций, где им смогут квалифицированно помочь. Что касается сферы повышения жизненного уровня населения, в этом году планируется активизировать работу в этом направлении. Конфликт излишне политизирован для иностранных НПО и бывает сложно донести до властей, что МНПО хотят помочь и выполнить свою гуманитарную миссию.

После Анны выступил представитель НКО «Международная организация инвалидов» («HUMANITY AND INCLUSION”) – Федерико Десси. Он рассказал, как строится работа организации. Организация ещё находится в стадии регистрации для работы на територрии Сирийской республики, хотя документы поданы в начале 2019 года. Обсуждается возможность взаимодействия с Сирийским трастовым фондом развития. Но, несмотря на то, что организация пока не работает в Сирии, она  оказывают техническую помощь. В частности, пытается наладить техническое взаимодействие с ВОЗ и ПРООН, направленное на развитие медицинских услуг и повышение качества жизни людей с ограниченными возможностями. Прежде всего, НКО  хотела бы сотрудничать с местными Сирийскими партнерами, работающими в сфере медицинской помощи людям с инвалидностью, для организации доставки инвалидных колясок, протезирования и физиотерапии. Также организация заинтересована в работе, направленной на поддержку экономической деятельности населения и малого бизнеса. Организация также имеет опыт оказания психологической помощи пережившим различные стрессовые ситуации в связи с военными конфликтами, как детям, так и взрослым  в Ираке, Йемене, Ливии и готова то же самое делать  в Сирии.

Завершил наш диалог директор Сирийского офиса «Оксфам», Мутаз Адам. Он сказал, что их организация, а также Норвежский совет по делам беженцев готовы к сотрудничеству и оказанию содействия РГМ.

Потом, Алексей продемонстрировал работу фильтра воды и, как обычно, в качестве образца, оставил его нашим друзьям. Он предложил им выбрать школу какую-нибудь, которая будет восстанавливаться, и после его завершения РГМ может установить солнечную панель. Там, где много солнечных дней, экономия энергии за счёт такой панели составляет 70%. Основные проекты в Сирии у РГМ, конечно, связаны с продвижением изучения русского языка. Но они готовы оказывать гуманитарную помощь в больницах, доставляя медицинские бинты и другой перевязочный материал.

Все организации подтвердили свою заинтересованность во взаимодействии для оценки потребностей населения в гуманитарной помощи. Ведь где-то нужны продукты, а где-то медикаменты. Наши партнеры отметили, что чрезвычайно важное значение имеет обмен информацией между организациями о потребностях населения. «Существуют некоторые сложности из-за политизации конфликта. Сейчас правильная оценка реальных потребностей очень важна. Так как доноры иногда говорят, если у вас нет информации о реальных потребностях, мы не можем предоставить финансирование.  А Правительство говорит обратное — если у вас нет денег, мы не можем предоставить доступ в такой-то район, чтобы оценить потребности,» — пояснил Мэтью Хемсли.

Наши партнеры остались довольными встречей, выразили надежду на перспективные отношения, и после памятной фотографии мы расстались.

День оказался насыщенным. Возвращаясь в отель, поужинали в кофе и отправились на отдых по своим номерам. С утра надо было готовиться в дорогу.

17.02.2020 г. Понедельник.

Начало дня в обычном режиме. Подъем в 6.00 утра, холодный душ, завтрак в ресторане и сбор в холле отеля.  Решили с утра выдвинуться, так как нам надо было добраться до аэропорта Бейрута и оттуда вылететь домой через Стамбул. В холле отеля нас уже ждали наши партнеры из НКО VSS Анатолий, Соха и ее сын — Мохаммад Шади. Они приехали, чтобы проводить нас. Там же в отеле, поблагодарив наших друзей за гостеприимство и заботу, мы попрощались и на такси двинулись к границе Ливана. Время было 8.00. Утро солнечное, на улицах Дамаска ощущение весны. Вдоль трассы опять показались загрязнённые участки, местами кустарники и лесополоса. Но, в основном, желтые песчаные холмы и каменистые скалы, образовавшиеся из желто-коричневого песчаного грунта, местами из белого камня. С Дамаском расставались с сожалением и жалостью… с жалостью к её растерзанным улицам, к жителям, хлебнувшим горя, но несмотря на пережитое, сохранившим человеческий облик и добросердечность… Минут за 30 доехали до пограничной зоны Ливана, ещё около часа потратили на регистрацию и пересечение границы. Понадобилось заполнить бланки и простоять в очереди. Несмотря на большое количество людей, все происходило сравнительно быстро. Таксист наш был тоже, похоже, очень добродушным человеком, пытался нас развлечь в пути арабской музыкой и иногда пытался с нами разговориться. Но, после активного режима работы в течение нескольких дней и полученных эмоций, мы ехали, почти молча, размышляя. В аэропорт прибыли с запасом времени, зарегистрировались и, сдав багаж, пошли на посадку. Через некоторое время мы были высоко в небе, наш самолёт держал курс на Стамбул. Оставляя позади эти исторические земли…

Саид Праведный

Рубрики:
Россия и Мир

Комментарии закрыты